skorkin_k


Культурная контрразведка


Отец украинской демократии
skorkin_k
Начал проект про украинскую революцию 1917 в журнале People. IN.

https://people.in.ua/2017/02/strana/mihail-grushevskij-istorik-ne-odolevshij-istoriyu/>Профессор поспешил на родину, по дороге в Киев он попал в ужасный инцидент: вагон, в котором ехал Грушевский, загорелся — в огне погиб архив ученого и все личные вещи, а сам он чудом остался жив. В Киев Грушевский прибыл буквально в нижнем белье, на которое было накинуто пальто. Но Грушевский отмахнулся от грозного предзнаменования

К памяти жертв Катастрофы
skorkin_k
В 1942 боец польского Сопротивления Ян Карский прибыл в Англию со сведениями о массовом уничтожении евреев нацистами. Одним из тех, кто прорвал заговор молчания вокруг этой темы и обнародовал свидетельства Карского был писатель Артур Кёстлер, бежавший с континента в Англию и работавший на британском радио.
Вот как описывает эти обстоятельства биограф Кёстлера Майкл Скэммел.
«Кёстлер познакомился с Карским через польского эмигранта, актера Феликса Топольского, известного в Лондоне по своим сатирическим скетчам, а также доверенного агента польского правительства в изгнании. Кёстлер пригласил в студию к Топольскому Виктора Голланца (британский правозащитник и издатель, основатель Клуба левой книги –с.к.) и Элеонор Рэтбоун (феминистка, независимый депутат британского парламента-с.к.), где все трое слушали в гнетущем молчании, как Карский описывает массовые убийства в ужасающих деталях. Голланц впал в состояние близкое к истерике и вскоре слег с нервным срывом. Рэтбоун сделала ряд запросов в Палате общин, которые были осторожно отклонены правительством, и затем организовала Национальный комитет спасения жертв нацистского террора, в который Кёстлер вошел соучредителем. Кёстлер, тем временем, написал мощный текст для Европейской службы Би-би-си, который начинался словами «Моя фамилия Карский» и заканчивался «По последним оценкам, число евреев, умерщвленных этими способами, по приказам Гиммлера, составляет два с четвертью миллиона. Мне больше нечего добавить».
Однако западные правительства продемонстрировали к докладу Карского недоверие. Впоследствии Кёстлер написал в мемуарах о равнодушии западного общественного мнения к теме Холокоста: «В 1943, когда сведения о газовых камерах стали общедоступными, литературный ежемесячник «Горизонт» опубликовал главу из моей книги «Приезд и отъезд», которая описывает эпизод массового убийства. Я получил множество писем, в некоторых из них меня обвиняли в смаковании зверств на потеху своему больному воображению; другие наивно спрашивали: есть ли у этого эпизода подлинная основа? Я вначале спокойно отвечал, что члены моей семьи есть среди жертв, но в конце концов не выдержал.
«Коллективный ответ всем на все Ваши вопросы
Уважаемый сэр,
В своем письме вы задаете мне идиотский вопрос, являются ли события, описанные в главе «Смешанная перевозка» подлинными или это авторский вымысел.
Если бы я опубликовал главу о Прусте и упомянул в ней о его гомосексуальности, то вы вряд ли бы задали такой вопрос, поскольку вы считаете своим долгом об этом «знать», хотя доказательства данного конкретного знания менее доступны, чем сведения об убийстве трех миллионов людей. Вы покраснеете, если обнаружите, что не слышали имени какого-нибудь второстепенного современного писателя, художника или композитора; вы покраснеете, если не сможете узнать цитату из пьесы Софокла или Еврипида; но вы не краснеете и имеете наглость спрашивать о том, правда ли это, в отношении самой грандиозной резни в письменной истории человечества. Если вы скажете мне, что не читаете газет, Белых книг, и брошюр из ларьков Смита, то почему на основании чтения «Горизонта» вы объявляете себя интеллигенцией? Я не сожалею о своей грубости. Вам нет прощения – за эту вашу самоуверенность и невежество. Так как вы не чувствуете, вопреки разуму и здравому смыслу, стыд от того, что живете, в то время как другие обречены на смерть; а поскольку у вас нет чувства вины, боли, сострадания, которых вы начисто лишены, вы будете оставаться тем, чем вы есть – бездеятельными соучастниками.
С уважением, А.К.».

Трампомания. Мои пять копеек.
skorkin_k
Написал тут текст о трампообразных литературных президентах Америки.

Успех популиста из Луизианы, сенатора-демократа Хью Лонга, встревожил писателя Синклера Льюиса, социального критика и первого Нобелевского лауреата в американской литературе. Лонг, лидер движения Share Our Wealth (которое финансировал гангстер Фрэнк Костелло), сочетавшего правую и левую демагогию, собирался бросить вызов президенту Франклину Делано Рузвельту на выборах 1936 года. Льюис оперативно написал роман о том, что будет, если на выборах вместо реформатора Рузвельта победит безответственный демагог. В книге его зовут Берзелиос «Базз» Уиндрип, он лидер «Лиги забытых людей», которая обращается к «маленьким американцам», обещая каждому из них пять тысяч долларов безусловного дохода за счет урезания сверхдоходов богачей

В американской фантастике есть и совершенно отмороженные версии прихода к власти «плохого президента». Свежий пример — роман Гарри Тертлдава, где президентом США становится Иосиф Джугашвили. По сюжету романа родители Сталина переселились в Америку и «Джо Стил» вырос настоящим американцем. Тем не менее, стать тираном Джугашвили удалось и за океаном. Начав политическую карьеру, Джо Стил стал сенатором-демократом от Калифорнии. В 1932-м, накануне выборов, при странном пожаре погиб Франклин Рузвельт и его жена, демократы выдвинули своим кандидатом амбициозного Стила

iCthulhu
skorkin_k

(no subject)
skorkin_k
Foreign affairs сделал исчерпывающий прогноз на будущее России, почти как Прасковья Мамонтовна.
"Короче говоря, Россия либо на опасном пути, либо нет. Она близка или к переменам снизу, или к дворцовому перевороту. А может, ни к тому, ни к другому". Тут ни прибавить, ни убавить.

Трест Мюнценберга
skorkin_k
(глава из биографии Артура Кёстлера)

Во время путешествия в СССР коммунистические иллюзии Кёстлера значительно пошатнулись – вместо победившей Утопии он увидел бедную, несвободную и неуютную страну, в которой сформировался новый привилегированный класс в лице партийной бюрократии. Однако, вернувшись в Европу, перед лицом победы Гитлера, Кёстлер забыл обо всех своих сомнениях и с головой окунулся в антифашистскую борьбу. Здесь он попал в поле притяжения Вилли Мюценберга.
Мюнценберг был ключевой фигурой пропаганды Коминтерна, ориентированной на западные страны. «Трест Мюнценберга» был уникальной фабрикой пропаганды, контуры, заложенные ею можно увидеть по сей день в деятельности российских пропагандистских структур, таких как Раша Тудей, успешно работающих с западным общественным мнением.

Read more...Collapse )

Бела Кун - "венгерский Ленин". Глава 8
skorkin_k
Завершение
Первая глава здесь.
Вторая глава здесь.
Третья глава здесь.
Четвертая глава здесь.
Пятая глава здесь.
Шестая глава здесь.
Седьмая глава здесь.


Наследие

В Венгрии 20-30-х годов, находившейся под властью консервативного правительства Миклоша Хорти, Бела Кун оставался образом «черта с рогами», выскочившего в 1919 из табакерки, а теперь злоумышляющего против Венгрии где-то за пределами страны. Это мифологическое восприятие «венгерского Ленина» хорошо отобразил в своей книге «Harmonia caelestis» венгерский писатель Петер Эстерхази: «Бела Кун, например, бежал из страны по воздуху. Во второй половине дня — часов около пяти — от Дома Советов, который помещался в гостинице “Хунгария”, взлетел самолет, перемахнул через Дунай, через Крепость на горе и, заложив лихой вираж, повернул к площади Вермезё. Аппарат вел сам народный комиссар. Летел он низко, метрах в двадцати от земли: даже лицо можно различить. Было оно, по обыкновению, бледное и заросшее щетиной. Скаля зубы, злодей поглядывал на стоявших внизу, а иным с озорной издевкой даже ручкой делал на прощанье. Карманы у него оттопыривались, набитые шоколадными конфетами, бриллиантами графинь, баронесс, драгоценностями, похищенными из храмов, дароносицами и разными другими сокровищами. На руки намотаны были толстые золотые цепочки».
Писатель Артур Кёстлер также столкнулся с этим отношением к Куну, когда в 1933, после поездки в СССР, он заехал в Будапешт, повидать родителей, и был вызван в полицию. Полиция интересовалась встречался ли Кёстлер с Белой Куном в Москве, и писатель, который в реальности не смог пробиться на встречу с коминтерновским вельможей, был вынужден соврать, что видел Белу Куна, иначе ему просто не поверили бы. «В любом случае, это была правильная линия поведения, они (полицейские – С.К.) напряглись и спросили с наивной серьезностью, правда ли, что Кун полностью облысел, что он делает карьеру в Кремле, и что, живя среди русских, по-прежнему свободно говорит по-венгерски? Мои положительные ответы, особенно на последние два вопроса, потешили, очевидно, их патриотические чувства».

(Артур Кёстлер)
Read more...Collapse )

Бела Кун - "венгерский Ленин". Глава 7
skorkin_k
Продолжение.
Первая глава здесь.
Вторая глава здесь
Третья глава здесь.
Четвертая глава здесь
Пятая глава здесь
Шестая глава здесь.

Падение

Дискуссии, сотрясавшие Коминтерн на рубеже 20-30-х годов не обходили стороной и Куна. В условиях мирового экономического кризиса и наступления нацизма в Германии, перед штабом мировой революции стояло два выхода – идти на союз с другими левыми силами и побеждать демократическим путем, либо продолжать борьбу в одиночку, готовясь к новым боям революции в Европе. Возобладала вторая точка зрения – в 1929 социал-демократия была признана разновидностью фашизма, с которой невозможен никакой союз. Фактически такая постановка вопроса, в Германии, например, расчищала путь к власти Гитлеру, который в своей тактике как раз пошел по пути создания «народного фронта» справа и победил, используя демократические институты Веймарской республики. Коммунисты, и в их числе Бела Кун, не боялись победы Гитлера, его победа в их понимании означала переход капитализма к финальной стадии открытой диктатуры, за которым идет мировая революция. Этот «блестящий» марксистский анализ был опровергнут жизнью в 1933-34 и в Коминтерне начали обдумывать смену тактики. Однако Бела Кун упорно оставался на стороне того, что вскоре стали называть «сектантским подходом». Этого опасного поворота Кун не заметил. Хотя первые звоночки для него прозвучали еще в 1928, после смерти одного из его старых соратников Ландлера, в венгерской компартии вновь начался раскол. Венгерские коммунисты, знавшие ситуацию на родине, в отличии от Куна, не из газет, были возмущены его оторванными от жизни планами о немедленной пролетарской революции. Когда главный интеллектуал партии Дьердь Лукач разработал платформу, в которой утверждал, что венгерские коммунисты вместе с левыми и либеральными силами должны бороться за демократическую республику, эти идеи были осуждены как «правый уклон».
Недовольство Куном в среде Коминтерновской бюрократии стало нарастать. В 1933-34 Кун вошел в конфликт с секретарем Коминтерна Дмитрием Мануильским. Мануильский, украинец по происхождению, сын сельского священника, принадлежал к числу старых революционеров, вернувшись в 1917 в Россию в одном из немецких «пломбированных вагонов», примыкал к группе сторонников Троцкого, однако в условиях фракционной борьбы 20-х сделал ставку на Сталина и стал новой «звездой» Коминтерна.

(Дмитрий Мануильский)

Read more...Collapse ).

Бела Кун - "венгерский Ленин". Глава 6
skorkin_k
Продолжение.
Первая глава здесь
Вторая глава здесь
Третья глава здесь
Четвертая глава здесь
Пятая глава здесь

Мировой пожар

После отзыва Куна из Крыма, Коминтерн нашел ему новое применение – помочь разжечь революцию в Германии. Еще осенью 1920 Кун вошел в состав Исполкома Коминтерна, теперь его включили в состав основного штаба мировой революции – бюро Исполкома, он же был избран и его секретарем.
В начале 1921 положение большевиков было крайне шатким – одолев своих прямых противников в лице белых армий, тем не менее, они столкнулись с еще более суровой угрозой: против большевистской власти начали подниматься те самые «народные массы», именем которых осуществляли свою власть большевики.
Та часть населения, которая разделяла лозунги большевиков и была готова терпеть неудобства в условиях гражданской войны, после разгрома белых больше не собиралась мириться с чрезвычайными нормами и стремилась, наконец, воспользоваться «завоеваниями революции». Крестьяне были недовольны продовольственной диктатурой, которая разоряла село и обессмысливала «черный передел» земли в 1917-18. Недовольство стал проявлять собственно и класс гегемон – пролетариат, переданные ему фабрики не работали, в городах был голод и холод. Заволновалась даже преторианская гвардия большевиков – революционные матросы в Кронштадте (в марте 1921 они поднимут восстание). Все это недовольство шло под лозунгами «Советы без коммунистов», то есть, принимая в целом идею советской власти и социализма, широкие круги рабочих и крестьян видели виновников кризиса в «комиссарах», то есть в большевистской бюрократической элите, отгородившейся от народа привилегиями и ставших новым господствующим классом. Признать свои ошибки лидеры большевиков, конечно, не могли, пойти на либерализацию режима тоже, иначе бы просто потеряли власть. «Ленинская диалектика» уже подсказывала нужный ответ – страну Советов захлестнула «мелкобуржуазная стихия», рабочий класс перерождается, сказывается отсталость России. Спасти мировую революцию в таких условиях может только ее победа в развитых европейских странах, прежде всего в Германии. Из этого выросла «теория наступления» Коминтерна – все силы надо бросить на экспорт революции в Европу, на разжигание мирового пожара. Идеологом этой политики стал глава Исполкома Коминтерна Григорий Зиновьев, одним из его ближайшим соратников – Бела Кун.


(Бела Кун и Григорий Зиновьев)

Read more...Collapse )

Бела Кун - "венгерский Ленин". Глава 5
skorkin_k
Продолжение
Первая глава здесь.
Вторая глава здесь.
Третья глава здесь.
Четвертая глава здесь

Эмиграция. "Крым - наш".

Бела Кун, его соратники и члены их семей бежали из Будапешта в Вену. Президент Австрийской республики Карл Реннер обещал предоставить им убежище. Однако прием вышел не очень гостеприимным, австрийские власти вполне резонно предположили, что Кун начнет в Вене готовить новую революцию и поэтому беглецов интернировали в крепости Карлштейн, на австро-чешской границе.

(замок Карлштейн)

Read more...Collapse )

?

Log in